Новая Басманная ул., д. 20, с. 3  

55.769637, 37.661917 (OpenStreetMap, Google Maps, Yandex Maps)

Табличка с надписью «Межевой знак»
Номер межевого знака
3

Историческая справка Рисунок к КП 20

Чаадаев. Басманный философ.

Пётр Яковлевич Чаадаев - сын подполковника Я. П. Чаадаева и внук историка, академика М. М. Щербатова, ставший известным философом и публицистом. Он с детства проявлял склонность к наукам, 4 года учился в Московском университете, где среди его однокурсников были Якушкин и Грибоедов. В 1811 году слушал лекции в Московском обществе математиков (там рассказывалось в основном о прикладных способах сложных расчётов, в том числе для военных целей), а в 1812 году пошёл в Семёновский полк, куда был записан ещё в детстве, и прошёл все основные сражения от Бородина до взятия Парижа. По возвращении остался на военной службе, в 1816 году в Царском Селе познакомился с юным Александром Пушкиным, который посвятил ему несколько стихотворений, включая знаменитое про “Звезду пленительного счастья”. В 1819 году вступил в Союз благоденствия, затем в Северное общество, но глубокого участия в их деятельности не принимал. В 1823 году уехал в длительное заграничное путешествие, друзьям сказал, что уезжает навсегда, так что Якушкин со спокойной душой рассказал следствию о его участии в тайных обществах. Тем не менее, в 1826 году он решил вернуться и был арестован на границе. После допроса и разбирательства Николай I велел его отпустить. Он поселяется в Москве во флигеле усадьбы Левашёвой, становится известным как “Басманный философ” и создаёт своё главное произведение - “Философические письма”. Они ходят в списках, но первая публикация в 1836 году вызвала скандал: издатель отправлен в ссылку в Усть-Сысольск (ныне Сыктывкар), цензор уволен со службы, а сам Чаадаев лично Николаем I объявлен сумасшедшим. Ему позволено остаться в Москве, но под строгим надзор, почти домашним арестом. Считается, что это первый случай “карательной психиатрии” в России. Через полтора года ограничения сняты, но с условием, чтобы Чаадаев “не смел ничего писать”. Чаадаев активно участвует в московской интеллектуальной жизни, общается с Герценым, Аксаковым и другими, но следующее большое произведение, “Апология сумасшедшего”, издаётся уже после его смерти. Он буквально пару месяцев не дожил до амнистии декабристов и их возвращения, включая друга юности Якушкина.

Иллюстрация: И.Е. Вивьен де Шатобрен. Портрет Петра Чаадаева. 1820-е годы

Статистика взятия: 114/167 (68%).